Демоны 1-16 серии 2010

Однако спокойствие оказалось обманчивым. Ранним утром в среду, 22 апреля, неизвестные на двух мотоциклах с колясками расстреляли из автоматов бронированный Mercedes Gelandewagen Игоря Чеснокова на выезде из коттеджного поселка «Зеленые Холмы». Чес, получивший два ранения в плечо и бедро, чудом выжил благодаря реакции водителя и бронежилету. На месте преступления оперативная группа изъяла более семидесяти гильз от АКС-74У. Данное оружие, давно снятое с вооружения силовых структур, но все еще встречающееся в криминальной среде, указало на определенный почерк и доступ к специфическим арсеналам.

Дмитрий Назаров, получив известие, немедленно созвал узкий совет в своем кабинете на верхнем этаже развлекательного центра «Монблан». Помимо перевязываемого на месте врачами Чеснокова и аналитичного Чернобельского, присутствовал только Михаил «Бухгалтер» Голованов, отвечавший за все финансовые потоки. Было установлено круглосуточное дежурство проверенных людей у объектов семьи и близких. Назаров отверг идею ответного силового удара, приказав вместо этого активировать все каналы сбора информации. К вечеру пятницы через контакты в правоохранительных органах поступили первые данные: один из мотоциклов был угнан три дня назад в соседнем регионе, а наблюдение за конкурентами из смежной области — группировкой «Обруч» — показало нехарактерное повышение активности ее боевиков.

Параллельно с этим Леонид Чернобельский обнаружил аномалии в текущих финансовых операциях. При внешней стабильности, из оборота двух муниципальных казино, арендованных «Монбланом», за предыдущий месяц испарилась сумма, эквивалентная двадцати миллионам рублей. Деньги ушли через цепочку подставных фирм, зарегистрированных в Калининградской области, и были обналичены мелкими траншами. Схема была слишком чистой и явно разработанной профессионалом, знакомым с бухгалтерской системой Назарова. Это указывало не на внешний налет, а на внутреннюю брешь, возможно, спровоцированную извне. Под подозрение попали три сотрудника финансового отдела, получившие в последние полгода значительные повышения.

Ситуация обострилась в понедельник, когда на личный номер Назарова пришло зашифрованное СМС-сообщение с одним словом: «Компенсация». Час спустя его дочь-студентку, выходившую из университета, мягко остановил представительный мужчина в костюме. Он передал ей конверт с фотографией Дмитрия, сделанной в тот же день утром на парковке «Монблана», и устно озвучил сумму — пятьдесят миллионов долларов — как условие дальнейшего невмешательства в их «общий бизнес». Дочь, наученная отцом, не вступала в диалог, приняла конверт и немедленно связалась с охраной. Это был уже прямой вызов, демонстрация тотального контроля и осведомленности. Стало ясно, что противник действует комплексно, сочетая грубую силу, финансовый саботаж и психологическое давление.

Дмитрий Назаров, стоя у панорамного окна с видом на ночной город, понимал, что прежние методы здесь не сработают. Противник был новым, гибридным, действовавшим в правовом поле и из тени одновременно. Легальный бизнес стал не только защитой, но и уязвимостью, цепью объектов, которые можно атаковать через проверки, санкции и рыночные манипуляции. Он отдал Чернобельскому два распоряжения: первое — срочно провести полный аудит всех предприятий и контрактов за последний год, второе — организовать нейтральную встречу с одним человеком, отставным генералом ФСБ Виктором Семеновичем Рязановым, который в девяностые однажды сохранил ему жизнь. Война девяностых была проще: враги имели лица и адреса. Нынешняя же угроза была словно туман, и чтобы ее рассеять, требовался свет из очень высоких источников.