Лиговка 1-12 серии 2009

Расследование убийства фабриканта медленно, но верно обрастало новыми деталями, каждая из которых, как шестерёнка, сцеплялась с другими, выстраивая тревожный механизм. Леонид Самойлов, проводя долгие часы за изучением протоколов осмотра места происшествия и опросов свидетелей, обнаружил несоответствие: один из приказчиков убитого, дававший изначально чёткие показания, внезапно отказался от них, ссылаясь на плохую память. Параллельно оперативник

Красильников, курировавший более серьёзные направления, неожиданно проявил интерес к этой, казалось бы, рядовой гоп-стоповской истории, рекомендовав Леньке сосредоточиться на бумажной работе и не лезть в «большую игру». Эта настойчивость, однако, лишь подогрела подозрения стажёра, воспитанного на дедуктивном методе Холмса.

Между тем обстановка на Лиговке накалялась. Были совершены два дерзких налёта на сберкассы, сопровождавшиеся нехарактерной для местных уголовников жестокостью и филигранной точностью. Бандиты действовали по информации, которая могла исходить только из оперативных сводок милиции.

Григорий Шмаков, проводя закрытое совещание с узким кругом доверенных лиц, включая Красильникова, был вынужден констатировать, что утечки носят системный характер. Предатель, обладавший доступом к планам облавы на притоны в системе проходных дворов, сводил на нет все усилия. Подозрение пало на молодого сотрудника финансовой части, но Шмаков в душе сомневался; слишком простым казался этот вариант.

Леонид, мучимый не только служебными загадками, но и безответным чувством к Женьке, решился на отчаянный шаг. Он тайно проследил за Красильниковым после дежурства. Его кумир, блестящий опера, вместо пути домой направился в сторону Сенной площади, в ресторан «Вена», известное место неофициальных встреч нэпманов и сомнительных личностей.

Через запотевшее окно Ленька увидел, как Василий непринуждённо беседует за столиком с щеголеватым мужчиной в дорогом костюме-тройке. Этого человека Самойлов опознал по фотографии из дела — он был компаньоном убитого фабриканта. В тот миг разрозненные факты сложились в ужасающую картину.

На следующий день Шмаков, вызвав Самойлова к себе, выслушал его путаный, но полный убеждённости доклад. Начальник УГРО не стал прерывать стажёра, его лицо стало каменным. Он открыл сейф и достал папку с грифом «Совершенно секретно». В ней находились материалы перлюстрации частной переписки и агентурные донесения, косвенно указывающие на связь одного из высокопоставленных оперативников с теневым капиталом.

Шмаков объяснил, что проверял эту информацию втайне ото всех, но прямых доказательств не хватало. Наблюдение Леонида стало тем недостающим звеном. Красильников, испытывавший острую нехватку средств из-за шикарной жизни и игры в карты, был давно завербован преступным синдикатом, прикрываемым Лехой Чёртом, и служил «крышей» и источником информации.

Была назначена спецоперация, построенная на дезинформации. Через Красильникова бандитам передали сведения о якобы предстоящем перевозе крупной партии конфискованных ценностей из одного отделения милиции в другое. Когда группа жиганов во главе с доверенным лицом Лехи Чёрта вышла на засаду в заранее оговорённом месте на Глазовой улице, их взяли в кольцо. В перестрелке главарь был тяжело ранен.

Василий Красильников, понявший, что его игра окончена, попытался скрыться через знакомые ему проходные дворы, но был настигнут группой, которую вёл Шмаков. Оперативник, некогда бывший гордостью лиговского УГРО, был арестован в темном тупике у кирпичной стены, его парадный револьвер системы «Наган» так и не сделал ни одного выстрела. Леха Чёрт, лишившийся глаза и правой руки, был этапирован в «Кресты», а криминальная империя на Лиговке, пусть и ненадолго, затрещала по швам.